?

Log in

No account? Create an account
Cамый модный танец - Totentanz -

> Recent Entries
> Archive
> Friends
> Profile
> Личный сайт
> previous 10 entries

Links
Журнал о кино "Экранка.ру"

January 24th, 2014


01:41 pm - В. Данихнов "Колыбельная". Панорама несовершённых действий
В октябрьском номере "Нового мира" в урезанной версии вышел новый роман Владимира Данихнова "Колыбельная" (читать - тут). Я прочел полную версию, которую прислал мне автор. Прочел с любопытством, поскольку роман, как это ни удивительно для Данихнова, написан в нефантастическом жанре (строго говоря). А также прочел с удовольствием, потому что, как мне кажется, писатель Данихнов сделал шаг вперед.

Стилистически роман очень однороден. Текучая, сладко-горькая патока слов, натурально - колыбельная. События происходят в этой стране, в большом южном городе, в котором без труда угадывается Ростов-На-Дону.

Роман отличает олтмановская мультисюжетность. Сюжетные линии пересекаются, пересекаются, пересекаются. Персонажи появляются и умирают при трагических или не очень обстоятельствах. Некоторые продолжают жить дальше. В этой стране, в этом городе и в этих деревнях, разбросанных вокруг этого города, течет аморфная, тоскливая жизнь, которую Данихнов описывает с тщательностью, количественно превосходящую тщательность прозы известного бытописателя Димы Данилова в том плане, что помимо тех действий, которые герои предпринимают реально, описываются действия, о которых герои постоянно помышляют, но в конечном итоге не совершают: им мешает апатия.

Композиционно роман строится как "неклассический" детектив. Вокруг воронки - поисках серийного убийцы - крутится масса "мусора" в виде инженера Меньшова, которому посвящена первая часть романа, и его приятеля Чуркина, который стоит ниже на социальной лестнцие - паяет модули. Чуркину посвящена вторая часть романа. Если взять шумовку и выцепить из вара кусок мяса - "коммерческую" триллерообразную сюжетную линию, то здесь вырисовываются три главных героя: провинциальный серийный убийца Танич, который по семейным обстоятельствам едет в большой город, где с неудовольствием узнаёт, что у него объявился конкурент - серийный убийца Молния, о котором нынче только и говорят; собственно Молния, имя которого будет названо в финале; и "специальный человек" Гордеев - знаменитый сыщик, который прилетает из Санкт-Петербурга, чтоб поймать маньяка. Между этими тремя персонажами вырисовывается пугающая общность: их объединяет отвращение к жизни в том или ином ее проявлении.

Роман написан динамично, чем и уникален: не так-то просто увлекательно писать о чувстве безысходности и скуке, которая подавляет волю 100% персонажей романа и волю 99% обитателей этой страны.

Но вот что мне любопытно: как будет выглядет роман Данихнова, если он вдруг когда-нибудь рискнет отказаться от своего фирменного мрачноватого юмора вперемешку с глумливостью?

(2 comments | Leave a comment)

December 30th, 2013


11:01 am - Что ты ждешь от современной русской литературы? Что ты ждешь?
Когда я задал себе этот вопрос, то понял, что ничего. Давно уже ничего не жду. Лет десять, как минимум. Ничего не жду и ничего не читаю. При случае – пролистываю, чтобы очередной раз убедиться в убожестве автора.

Но что я хотел бы прочитать? Есть небольшой круг тем, который меня занимает. Думаю, что эти темы – универсальны.

Меня интересует, что ждет меня после смерти. Почему на эту тему нет романов, а если нет романов, то почему хотя бы нет прекрасно написанных повестей, новелл, рассказов?

Как будто смерть никого не волнует! Где прозрения? Отсутствие прозрений намекает на то, что наша жизнь – конечна. После смерти нас ждет черное забвение. Ну так живите, сволочи, на полную катушку! – вот такой напрашивается вывод.
А что касается литературы «послесмертия», то мое любопытство смог удовлетворить только Данте. Но он писал в такой неудобоваримой форме, что я его в итоге не прочел. Нет, я не спорю, что на эту тему пишут! Например, есть такой «православненький» жанр, как «роман-миссия». Я прочел роман-миссию, например, Юлии Вознесенской «Мои посмертные приключения». Жалкое убожество! По всем параметрам.
Нету! Нету пророков в нашем отечестве, в нашей, как говорится, юдоли печалей.

Вторая любопытная тема: путь Путина к власти. Пусть кто-нибудь напишет, причем увлекательно, в духе Пикуля, как Путин пришел к власти и что он сделал, придя к власти. Это я бы прочел за пару дней, а потом выкинул бы книгу в уличную библиотеку. Но – нет! Не пишут. Пишут только унылые статьи, которые даже читать не хочется.

Детская приключенческая литература. У меня в детской библиотеке таких книг было – мильон. А еще какие-то книжки я брал в публичной библиотеке. Не знаю насчет востребованности, но множество авторов увлекательно писали о том, как дети ищут Бронзовую птицу, спасают от врагов Севан, и т.д. и т.п. Сейчас сюжетной детской литературы нет в помине. Когда мысленно оглядываешь эту биомассу возрастом 7 – 16 лет, то видишь тьму, видишь хаос, неизведанную территорию. Какие стимулы у нынешних подростков? Что ждать от них, кроме лайков на Лурке и воплей в чате «WoT»? Понятно, что все ждут от них того же самого, что ждали, например, от меня. Но вы это сформулируйте! Обозначьте! Такую книгу я бы прочел.

Как можно видеть, мои читательские требования довольно примитивны. Я хочу:
1) Вернуться в детство
2) Узнать о настоящем в любой форме, лишь бы беллетристика
3) Заглянуть в скорое будущее

(16 comments | Leave a comment)

October 4th, 2011


05:08 pm - Бибигон
Когда Саша работала в художественной школе, между преподавателями этой школы зашел разговор о Корнее Ивановиче Чуковском.

Конечно, к тому времени всем успел намозолить глаз лейбл детских телевизионных передач - "Бибигон".

Но мало кто знает, что Чуковский писал все книги для своих собственных детей, которых у него, кстати, было немало.

К сожалению, в жизни Корнея Ивановича случилась трагедия - умерла дочь. Так появился известный текст.

А имя "Бибигон" означает - "Baby, go in". То есть, "Малышка, прощай, уходи в лучший мир".

Творчество Чуковского, хотя он и поэт, мы можем без труда отнести к течению "прерафаэлизма". Современное телевидение распространяет некрофилию, несет некромантию в массы. Похвально это или - может быть, нет? Не знаю.

(6 comments | Leave a comment)

June 6th, 2011


04:17 pm
Дня три назад перед сном заглянул в книжный шкаф. Думаю: надо что-нить почитать, чтоб слаще спалось. (Кстати, у нас в Питере под словом "почитать" иногда подразумевается "покурить шмаль"). Ну и, короче, случайный выбор пал на сборник "Творцы. Повести и рассказы русских и советских писателей". То есть, это такой сборник, состоящий из текстов, описывающих различные рабочие процессы.

Поскольку меня интересует творчество советских писателей 20-30 годов, то я читал исключительно их. И нашел весьма крутые штуки.

Например, в рассказе А. Яковлева "Жгель" совершенно крамольный сюжет, и даже странно, что рассказ был опубликован в советской книжке. Рассказ посвящен фабриканту. Это обстоятельный, деловитый мужик, который кормил всю деревню (все работали у него на заводе). А потом началась I Мировая война, завод слегка захирел, но не настолько, чтоб закрыться. Зато после революции настал полный пиздец. Фабриканта забрали чекисты, завод закрылся. Голодающие люди горевали, что пропал хозяин, и таскали с завода все, что можно было продать. Ну, а потом (нехотя приписанный финал) вернулся помощник фабриканта, простой, но головастый сельский парень, ума которого хватило на то, чтобы пробиться "в люди" в условиях новой власти, и заново пустить завод, став его директором.

Кроме того, в этом рассказе упоминаются "грибы-самоплясы". Жители деревни, голодая, обносили окрестные леса даже не делая разбору между съедобными грибами и ядовитыми. В частности, они жрали грибы-самоплясы, после чего смеялись как дурные и скакали до упаду. Меня заинтересовала этимология "грибов-самоплясов". Я тупо ввел в словосочетание гугль, и он мне выдал только одну дельную ссылку. Сочинский блоггер пишет, что "грибами-самоплясами" называются у них ГРИБЫ, которые растут в районе Хмелевских озер. Думаю, все знают, что псилоцибиновые грибы растут практически во всех широтах нашей страны, кроме северных. Но меня поразил такой разброс: самоплясами называются эти грибы как в Сочи, так и где-то в "средней полосе России" (на самом деле, хер проссышь, где конкретно происходит действие рассказа Яковлева, но не на юге, это точно).

А еще кое-где "самоплясом" зовется самогон. Но это уже не имеет отношения к теме.

Также заново открыл для себя Бажова (с детства не перечитывал). "Горный мастер" - совершенно охуенный рассказ. Подлинный русский "магический реализм". Детально описывается унылый быт горного поселения, в котором странным образом сочетается магия с повседневной деятельностью. К слову, alfa_tsentavra, не хочешь пожить в "магическом реализме" Бажова?

Симпатичный рассказ написал А. Новиков-Прибой - "В бухте "Отрада". Но, конечно, в этом тексте режут глаза фразы-паразиты "советской литературы". Опять же, судя по всему, нехотя приписанные. Например: "Одобрительно заревели голоса [красных партизан]".

Ну, а особенно доставил рассказ А. Платонова "На заре туманной юности". Похоже, писателя прижало и он решил написать рассказ в толстый журнал, чтобы немножко разговеться. Его рассказ - утонченный, изысканный стеб, паразитирующий на реалистической литературе. Речь идет о девочке-сироте, которая поступила на паровозные курсы и стала клевым, героическим машинистом.

(8 comments | Leave a comment)

July 27th, 2010


04:31 am
Недавно прикольный детский стишок от мамки своего зятя услыхал. Пытался погуглить - нету. Видимо, поистине фольклорный )

Кочегарики, кочегарики
А что это в лесу у вас
Развешаны фонарики?

Фонарики развесили?
У нас сегодня весело.

У нашего медведя
Внучок родился - Федя.

Сразу представляется антропоморфное такое создание. Более того, родившееся не просто в рубашке, а с нагрудничком, в портках, с лаптями, уже продырявленными нежными коготками. Говорить еще не умеет, но ревет. Ох, как ревет! И нос по ветру держит: где тут малина?

(26 comments | Leave a comment)

June 22nd, 2006


11:36 am - Фашизм с нечеловеческим еблом
Когда вчера я постил хвалебную рецензию на про-русскую повесть Распутина "Мать Ивана, дочь Ивана" в ru_books, то делал это не без умысла. Мне было интересно поглядеть на реакцию публики. Реакция оказалась предсказуемой. Такую реакцию в последнее время наблюдаешь почти повсеместно.
Стоит только отозваться в положительном ключе о чем-то, сделанном в России, будь то произведение искусства... или хотя бы просто человек :)... тут же во весь рост вытягивается какой-нибудь клоун и возмущенно открывает рот, из которого немедленно начинает изливаться стандартный поток стандартных штампов, сводящихся к одной теме: "всё русское - говно". Иногда реакция бывает поскромнее: просто выказывается недоумение ("ка-ак, ты это серьезно?! i can't believe!"), - как правило, это бывает в тех случаях, когда человек, прежде говорящий по-русски, уже не может связать между собой двух слов.
В общем, первые два коммента не отличались многословностью, но в них сквозило недоумение. Я потрудился позырить инфы респондентов. Так и есть: чувиха из Германии, а чувак - из Тель-Авива. Чувак пишет насчет цитаты ":
Цитата про "родное слово" - полное гониво, однако.
> повесть Распутина позитивна
Ах!

Как отвечать на такие бессмысленные выкрики из зала - я не знаю.
Потом чувак уточняет:
...книга может быть и хорошая, но цитата и по форме и по сути - гониво.
Ну то есть получается так: не читал, но осуждаю и, уж разумеется, пройти мимо молча не могу.
Раз уж речь зашла о русской культуре и, в частности, о русском языке, такие люди всегда найдут до чего доебаться.

Но особенно меня впечатлил камент со-модератора комьюнити ру_букс. Я хорошо себе представляю, как он увидал этот пост, и у него тут же затряслась нижняя челюсть, потом - губа. Затем на губе запузырилась слюна, и он, наконец, запузырил яростный комментарий:

Ну как же - старик Хоттабыч Распутин идет в ногу со времени. Раньше во всех бедах русского народа были виноваты евреи, а теперь - хачики. Вторая часть его программы осталась прежней - а еще виноватее лентяи, коллаборационисты бесхарактерные, которые никак не могут собраться с духом и выгнать всех евреевхачиков, после чего, естественно, и наступит процветание.

Своим комментарием со-модератор как бы занимает противоположную позицию: старик Хоттабыч вообще был мудаком всегда, а щас совсем омудел, потому что надо сделать все наоборот: следует рассадить толпы хачиков по всем российским городам и весям, а русских заставить еще сильнее лениться, чтобы они упали духом и погрузились в окончательную нищету.
Так и хочется спросить: чувак, если ты так ненавидишь русскую литературу, в которой пишется о русских; если автор испытывает боль за свою нацию, а тебя это бесит, то нахуй ты вообще подписался модерировать комьюнити ру_букс? Займись чем-нибудь не таким нервным, помодерируй, например, ру_кавказ.

Не случайно я поместил в тот же пост и рецензию на книгу Робски. Как антипода прозы Распутина. Естественно, эта часть поста прошла абсолютно незамеченной. Че им за дело до Робски, тем более, что ее обсирают, в то время как тут есть про-русская книжка Распутина, которую хвалят.

Я бы не стал комментировать комментарии на свой пост, если бы эти комментарии были "эксклюзивными", редкими. Но это не так. И общая картина вырисовывается слишком уж удручающая.
При этом мне нечего сказать чуваку из Тель-Авива, который не понимает, в чем заключается ценность родной речи. Потому что он и не поймет. Но, тем не менее, какая-то сила по-прежнему будет тянуть его именно в русскоязычную часть интернета. И, уж конечно, он непременно будет морщить рыло при одном только упоминании слов "русский", "русская", "русское"... Ну да, ну да: мыши плакали, кололись, но продолжали жрать кактус.

Все эти люди, которых я сейчас охотно поливаю говном, несомненно относятся к той части населения планеты, которая считает себя охуенно продвинутой - причем и в нравственном, и в интеллектуальном планах. Наверняка они считают, что все люди - одинаковые, токо некоторые поглупее, а некоторые (они) - поумнее. Они, безусловно, являются сторонниками либерализма, глобализма и прочих демократических ценностей (хотя должно быть понятно, что искусственно насаждаемая "одинаковость" ни к чему хорошему не приведет, да и невозможна она, - если вы не жили в СССР, то уж Оруэлла должны были читать?). И, уж разумеется, они донельзя толерантны. Хачики - зер гуд (а кто так не считает, те дебилы, живущие средневековьем).
Они нетолерантны только по отношению к русским. Когда они видят русского, то непроизвольно хватаются за хуй пистолет. К русским они испытывают презрение и ненависть. Так вот это и есть самый настоящий фашизм. Причем с нечеловеческим еблом. Это ж, блять, хуйня какая-то, когда человек, живущий (или родившийся в России), худо-бедно ботающий по-русски, ненавидит Россию, русских и русскую культуру. Когда он готов срать себе на голову, и при этом пускать сопли по поводу бедных негров из племени тутси. Это уже не человек, это "гной и сало". Я думаю, что имеет смысл запустить таких прокаженных в какую-нибудь кавказскую диаспору на пару недель... пускай поучатся истинной толерантности и политкорректности.

И вот что еще. Я тут прочел на сайде vz.ru статью Леонида забыл фамилию, в которой он разбирает книжку какого-то публициста-историка. Якобы "правда о 22 июня". О том, что у СССР на самом деле и танков к началу войны было в 3 больше, и прочего оружия - хоть жопой ешь, но советский боец зассал, винтовки побросал и давай съебывать подальше. А те, кто не съебал, те с радостной готовностью переметнулись на сторону фашистов. Причем не латыши там какие-нибудь или бандеровцы, а свои же, русские. Не знаю, правда это или нет (скорей всего, что нет, иначе б война была проиграна), но, глядя, по сторонам, начинаешь задумываться - а может, блять, и правда.

(58 comments | Leave a comment)

November 8th, 2005


02:25 pm - Сомерсет Моэм "Луна и грош"
Только что дочитал роман Моэма "Луна и грош". Повествование о художнике Чарлзе Стрикленде автор начинает издалека - с общественного мнения насчет Чарлза Стрикленда, сформировавшегося через четыре года после смерти художника. Благодаря статье известного журналиста, преданного поклонника его творчества, написанной так, чтобы заинтересовать обывателей - то есть не только и не и столько о картинах, сколько о перипетиях его замысловатой жизни, у публики разгорается интерес к этой неоднозначной личности. А потом, мол, было написано многое, включая книгу сына Стрикленда, пастора, в которой художник был выведен благопристойнейшим и добродетельнейшим отцом семейства, и прямо противоположную ей книгу популярного критика, служителя цинизма, в которой художник был выведен пренеприятным типом и где была тщательно запротоколирована каждая, даже самая мелкая его провинность, включая неоплаченный счет в прачечной. Теперь автор хочет поведать читателям свою историю жизни Чарлза Стрикленда, с которым он был знаком лично. И не потому, что он лучше разбирается в искусстве, чем вышеупомянутые персонажи, и даже не благодаря личному знакомству, а потому что хорош сам творческий процесс: сидеть и писать книгу.

И опять о Чарлзе Стрикленде ни слова. Автор рассказывает о том, как он, совершенно молодой еще, неоперившийся, так сказать, писатель, попадает в Лондон, в богемную тусовку писателей. Это, безусловно, интересные и забавные главы, наполненные тонкими наблюдениями. Вот, например, как он характеризует одну писательницу:

"Она считала непристойность душой остроумия".

Очень верное замечание. Лично я знаю десятки, даже, пожалуй, сотни жж-писательниц, которые точно так же наивно считают непристойность душой остроумия.
В этом изысканном обществе главный герой и знакомится с миссис Стрикленд, которая почитает искусство, хотя сама совершенно бесталанна, и потому кормит писателей и художников завтраками, питаясь их сладкими и умными речами. Своего мужа, сорокалетнего биржевого маклера, она считает неотесанной серостью, и какое же изумление постигает всех, когда

Чарлз Стрикленд бросает всё и вся, и уматывает в Париж, где поселяется в убогой гостинице, а домой пишет скупое письмо: "Да идите вы все нах", оставив без гроша в кармане себя, жену и двух своих детей.

Будучи поверенным миссис Стрикленд, автор отправляется в Париж. Родственники, а также заинтересованные в чужом несчастье дамы и господа уверены, что во всем виновата женщина.
Но теперь, когда состоялось полноценное знакомство главного героя с Чарлзом, оказывается, что на женщин ему плевать, его раздирает желание писать картины. Постепенно вырисовывается образ Чарлза Стрикленда как человека, глубоко равнодушного ко всем проявлением того, что близко большинству людей. Чувство привязанности, гражданского и всех прочих долгов ему недоступны, он никого не любит, ко всему на свете относится с нечеловеческим сарказмом, абсолютно чужд комфорту, совесть у него отсутствует напрочь, он жесток, как сама природа. Все, что он хочет, это посредством живописи выразить те первобытные, ужасающие образы "хтонических чудовищ" и истинного нутра природы, доступные лишь его внутреннему взору. Да он и сам словно чудовище, презирающее человеческое общество и его закостенелую систему ценностей, в которую входят в том числе и так называемые "широкие взгляды". Он даже нисколько не переживает, когда совершает жестокое предательство по отношению к приютившему его другу и доводит до самоубийства его жену.

С картинами Стрикленда автор знакомится сам и знакомит читателей лишь в последней трети романа, и описание картин не оставляет практически никаких сомнений, что они принадлежат кисти Поля Гогена... На этом встречи главного героя с художником заканчиваются. А книгу автор дописывает на Таити, последнем пристанище Стрикленда, где тот прожил последние годы с женой-туземкой и умер от проказы в хижине, расписанной им словно терем. Последние страницы романа посвящены встречам главного героя с последними белыми людьми, которые видели художника. Так в сюжете появляется колоритная личность капитана дальнего плавания Рене Брюно, такого же неумолимого труженика, как и Стрикленд, но иного, позитивного склада натуры, сохранившего в душе ценности именно человеческой цивилизации.

В общем-то это книга о внутреннем огне, сжигающим мелкую поросль цивилизованного лоска, и дающем ход сорнякам инстинктов, или, если перефразировать, дорогу архетипам. Рассказ о настоящем даре, творческой искре, разгоревшейся в пламя, которое см. строчкой выше, только вот непонятно автору, кем эта искра брошена - Богом или дьяволом, но автор делает робкое предположение: искра припорхала из тех времен, когда не было ни Бога, ни дьявола.

А больше всего удивило то, что Моэм пишет старомодно-обстоятельно, но парадоксальным образом отнюдь не избыточно-многословно.

Вчера читал роман до двух ночи, дочитал до середины и был очень впечатлен. Не мог заснуть, размышлял о том, о сём, пока, наконец, не заставил сомерсетов моэмов прыгать через заборчик со своей фамилией на устах при приземленьи: "Моэм... Моэм... Моэм..", только тогда заснул.

(18 comments | Leave a comment)

February 14th, 2005


11:25 pm - Писатель Мамлеев. Воспоминания современников.
В романе «Подросток Савенко» Эдуард Лимонов описывает свою встречу с известным русским писателем Мамлеевым. Сейчас я процитирую этот абзац. Но во избежание недомолвок объясню оставшееся «за кадром»: пятнадцатилетний капитан Эди-бэби со своим старшим приятелем Сашей Красным, мясником с одного из харьковских рынков, поспорил с айзерами, что Эди их перепьет.
Оцените призрачную, лирическую дымку, которая окутывает текст своей ностальгической предвзятостью.

«Конечно, они выиграли. Эди-бэби был пьян, но не до бессознания. Поэтому он помнит, как к нему подходили целовать его пьяные базарные ханыги, говоря, что он молодец, постоял за русскую честь как следует, показал черножопым, что такое русский человек. Позже какой-то толстый дядька с портфелем, назвавшийся писателем-сатанистом Мамлеевым из Москвы, долго тряс Эди руку, благодаря его за то, что он доказал, «что у нас даже дети умеют летать». Фразы этой Эди-бэби не понял…»

Лимонов рулит! :) Как, впрочем, и Мамлеев! :)

(14 comments | Leave a comment)

February 3rd, 2005


03:01 pm
Я возмущен тем фактом, что книги великого русского путешественника и исследователя Николая Михайловича Пржевальского ни разу не переиздавались с 1946 года. Более того, их нет даже в интернете.

Совсем уже, блять, охуели, пидары! Он же лошадь Пржевальского открыл и ледник. И 200 с хуем новых видов растений. И вообще дохуя всего. И медаль еще есть его имени. Золотая и серебряная. Вот Академия Наук как утвердила Золотую медаль им.Пржевальского, так с тех пор его книги и не переиздавали. Мол, медаль есть, а все остальное - нахуй! Так, что ли, получается?

Хочется узнать мнение профессиональных географов и геодезистов :)

(60 comments | Leave a comment)

December 16th, 2003


11:44 am - Pueritus Scribendi
Второй день читаю книгу, которую мне подарил ponochevny, - "Лекции по русской литературе" Владимира Набокова. Написано захватывающе, на мой вкус и цвет, даже увлекательнее художественной прозы Набокова (за исключением, пожалуй, "Защиты Лужина"). Во всяком случае, выгодно отличается от встречавшейся мне эссеистики, нудной, дотошной, стремящейся охватить всё и вся и, как следствие, изобилующей малозначительными подробностями, да к тому же написанной суконным языком. Личность Набокова как автора настолько велика, что вытесняет все постороннее: есть Набоков и есть Пушкин, к остальным критикам и литературоведам Набоков относится в худшем случае с презрением, а в лучшем - просто не замечает. Вот основные плюсы этих лекций:
1) Фантастическая образность: например, рассказ о Гоголе Набоков начинает со смачного описания пиявок, гроздьями свисающих с длинного носа умирающего гения русской литературы. С содроганием мы прочли вчера, как Гоголь с громким криком шарахался от упавшей ему на руку черной скользкой гусеницы, или как своей изящной, элегантной тростью крошил головы ящеркам, выбегающим погреться на каменистую тропу.
2) Набоков напрочь лишен сомнительного пиетета, слеплящего благоговения, но при том избегает и наглого панибратства. Пишет просто: меня тошнит, когда я читаю Белинского и прочих критиков, которые уничтожают художественную литературу, опошляя ее. Или: детство Гоголя было неказистым - ряд перенесенных болезней, вечно гноящееся ухо, и одноклассники, которые брезговали пользоваться его учебниками. Набоков пишет красиво, безупречно соблюдая золотую середину и попадая в нужную тональность, что является признаком хорошего вкуса и полностью оправдывает ту манеру вести лекции, которую Набоков выбрал, - манеру критиковать, опираясь исключительно на личные пристрастия. Может быть, объективностью тут и не пахнет, но оставим эту объективность теоретикам от литературы.
3) Когда Набоков пишет о каком-то произведении, зачастую он пускается в цитирование и перессказ. Насколько мне известно, это неправильно и даже в какой-то мере безграмотно. Зато очень мне близко :)))

Тогда как для нас, читателей, литература - это лишь оружие, чтобы убить Время, плюс косметическое средство, чтобы покойника приукрасить, для Набокова литература является жизнью со своим внутренним временем, которое с внешним если и соприкасается, то очень осторожно.

(25 comments | Leave a comment)

> previous 10 entries
> Go to Top
LiveJournal.com