Разочаровательный принц (vbv) wrote,
Разочаровательный принц
vbv

Заметки об Индии

РУМТЕК

Румтек – самый большой сиккимский монастырь. Возведен последователями традиции Карма Кагью тибетского буддизма около 300 лет назад. В 1959 году был отреставрирован под руководством Кармапы XVII-го, бежавшим в Сикким после оккупации Тибета китайцами. Находится он в 24 километрах от столицы Сиккима, Гангтока. Издалека видны его золотые купола, торчащие над лесом. Как и прочие монастыри, Румтек располагается на порядочной высоте.
Это место настолько популярно, что там возведены гест-хаусы для приезжих. Подъездные пути забиты джипами, маршрутками и прочими средствами передвижения. В кафешках близ монастыря очень стеснительно продают алкоголь и сигареты – да и то, если хорошенько попросишь. В таких местах пить нельзя. Порок порицаем.
Поднявшись по склону наверх и заплатив за вход, оказываешься в просторном дворе, посреди которого стоит столб, изрисованный мантрами, с чашей наверху. Приехавшие в монастырь индусы предаются увлекательному занятию: целыми семьями азартно швыряют в чашу медяки.
Можно подняться на крепостную стену и побродить там. В одном из помещений стоит большой стол, весь уставленный свечами. В другом помещении, мастерской, сидят монахи и лепят из белой глины демонические морды своих индуистких богов.
– А теперь, товарищи, спустимся вниз, – говорит Карджонк.
Для того, чтобы попасть во внутренние помещения монастыря, требуется разуться. Кроме того, внутри нельзя фотографировать. Это правило касается всех монастырей, как больших, так и маленьких. Впрочем, прежде я без проблем снимал внутреннее убранство с порога. Здесь же вход оказался занавешен тяжелой пыльной драпировкой.
Изнутри доносился мощный гул голосов. Проскользнув внутрь, мы с Карджонком сели на полу. Перед нами располагалось штук пятнадцать длиннющих скамеек и низких столов. Около сотни юных монахов на разные лады гомонили, вперив взгляды в книжки с мантрами. Буддистская «книжка» – это такой длинный лист бумаги, на котором написан один текст, философская заметка или, может, какая мантра. Приглядевшись хорошенько к бурсакам, я обратил внимание, что некоторые из них откровенно волынят. Их не столько интересуют тексты, сколько приходящие люди, зеваки вроде нас. Не переставая бормотать и завывать, они пристально разглядывают посетителей, в свою очередь стараясь не попасться на глаза учителю, ходящему между столов и раздающему новые книжки. Кроме учителя, между столами ходили два мелких пацана, видимо, какие-то первоклашки, с чайниками и наливали братьям чай, дабы те могли смочить пересохшее от долгого и непрерывного тарахтения горло.
Люди в горах живут бедно и голодно. Многие семьи рады отдать своих чад в обучение буддистам, так как знают: в монастыре ребенок не пропадет, свой кусок хлеба он всегда получит. При этом, конечно, вовсе не факт, что ребенку интересно учение.
Потом мы посетили занимательное место, книгопечатную лабораторию. Монах-книгопечатник показал нам в риал-тайме, как печатают книжки. Процесс, надо сказать, незамысловатый, однако, увлекательный.
В Румтеке находится Золотая Ступа – настолько священное место, что там не только нельзя снимать, но даже пройти не везде возможно. Средоточие артефактов Кармапы 17-го, драгоценных статуэток и прочего, огорожено от грубого белого человека стеклянными дверьми. Мы поглазели через стекло на ритуальные предметы, потом перевели взгляды на стол, находящийся в непосредственной близости от нас. Золотая фигура Будды была завалена благовониями, какими-то свитками и прочим добром, с ценниками, в фабричных упаковках. Через пять минут кто-то из нас указал пальцем на самую толстую пачку сандаловых палочек и задал близстоящему монаху излюбленный вопрос:
– How much?
По лицу Карджонка расползлась ухмылка, а монах ответил:
– Это подношения Богу, они не продаются.
Больше здесь было делать нечего. Мы вышли в коридор, и тут Марианна увидела самую интересную штуку во всем монастыре – огромных размеров амбарный замок, висящий на дверной ручке. Дождавшись, когда все свалят на лестницу одевать тапки, она шепнула мне «Прикрой» и вытащила фотоаппарат, чтобы заснять эту священную реликвию…
По монастырскому двору шатался местный юродивый. Своей смуглой рожей, орлиным носом, длинными зачесанными назад волосами, клетчатой рубахой и джинсами он, скорее, напоминал американского индейца, нежели индуса. Чувак подскакивал к прохожим, качался как маятник, ухмылялся и что-то верещал высоким голосом. Люди к нему относились по-разному: кто-то внимал его словам, кто-то в ужасе отшатывался. Брат Карджонка начал его передразнивать, а мне он почему-то напомнил Мамонова в фильме «Остров». Я погрустнел и задумался о жизни. Разумеется, не о своей.

Tags: Индия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments