May 9th, 2015

1

(no subject)

Вышел на улицу в поисках корюшки (в Пушкине ее найти не так-то просто, между прочим). На улице полно народу. У каждого второго - георгиевская ленточка. Я, кстати, был без ленточки. Не из принципиальных соображений, а просто потому что у меня ее не было. Причем за все годы акции мне ни разу не давали эту ленточку! Может быть, я сильно похож на бандеровца? Жене, например, когда она возвращалась из студии, ленточку дали. Правда, сегодня эту ленточку выклянчил ребенок.

Путь до корюшки был долгим и длинным. Я аж до тещиного дома чуть не дошел. Корюшка стоила 320 руб. за кило.Но отступать было некуда. Ибо я сегодня с изумлением узнал, что жена хоть и родилась, хоть и выросла в Питере, а корюшку ни разу в жизни не едала. По-моему, это ненормально.

Это все равно, что жить в Туле и ни разу не попить чаю из самовара. Или не разу не отведать тульского пряника, слава о котором гремит по всей России.
Или жить в Тамбове и не подружиться с волком.
Или жить на Урале и не найти самоцвет.
Или жить в Рязани и ни разу, ходючи по грибы, не найти гриб с глазами.

Сельма Лагерлеф описывала старый скандинавский способ жарки корюшки. В целом, он такой же как у нас: посолить, поперчить, обвалять в муке - и на сковороду. Но тамошние кухарки и домохозяйки кладут рыбу настолько плотно, что она спекается в толстый блин. Потом блин переворачивается и дожаривается с другой стороны, после чего цепляется лопаткой и вываливается на лепешку, которая заменяет тарелку.

ups