October 28th, 2013

1

Эстафета олимпийского огня - кому ты нахер нужна?

Вчера, воскресным днем, я поехал в нашу студию, чтобы снять на видео мастер-класс "Осенний натюрморт за 2 часа. Рисунок. Сепия". Была теплая, сырая погода. Вагон электрички, в которую я забрался, чтоб добраться с Царского села до центра Питера, напоминал по запаху трактир (а точнее, говоря, "1-ю Рюмочную" на площади Ленина во время мартовской оттепели): прелые пуховики, кожаные куртки, рюкзаки с поздним урожаем кабачков и тыквы, запах перегара. К всему, по воскресеньям электрички ходят редко, а люди с дач ездят чаще, поэтому поезда укомплектованы пассажирами будь здоров. Но это ничо. Вот когда я пересел в метро и вышел из поезда на Чернышевской, то тут-то я и подивился. Какие-то безумные толпы школоты, взмокшие училки, пытающиеся как-то скоординировать разброды и шатания своих великовозрастных, но нелепо спотыкающихся и тыкающихся во все стороны подопечных. Звон монеток, медным дождем сыпящихся вниз по эскалатору.

На улице, где к тому времени начал моросить дождь, - тоже какие-то абсурдные толпы школоты. И чертыхающиеся в связи с этим непонятным обстоятельством прохожие.

Что это, думаю тоже, за исход школоты?

Через два часа возвращаюсь к метро Чернышевская. Те же самые толпы школоты, но из них большая часть уже ломится обратно в метро, тогда как двумя часами ранее все ломились на улицу. И на этот раз у всех в руках дебильные грошовые флажки с надписью "Coca-Cola".

Уже за турникетами, за поворотом, где нет ментов, три изобретательных юных кренделя по очереди перепрыгнули через прозрачный пластиковый заборчик, которым работники метрополитена предусмотрительно разгородили движение "туда" и "сюда", но оставили сверху пространство для маневра. Последний чувак, самый упитанный, неуклюже переваливается через забор и внезапно попадает прямо под ноги двум таким же упитанным полицейским, которые случайно прошлись на пару метров дальше. "Ну чего, прыгнул? - говорит мент стушевавшемуся школьнику. - Теперь прыгай обратно! Пошел!" Тут откуда-то вырисовывается нервная немолодая тетка с крашеной дрожащей челкой, хватает школьнега за руку и кричит: "Это со мной!" "Очень рад, что он с вами", - саркастически отвечает мент, а сам, наверное, думает: "А эта-то где забор перепрыгнула?"

Вслушавшись в обрывки фраз, я, наконец, понял, откуда взялись все эти школьники. Оказывается, по Петербургу таскали олимпийский огонь. А школьники были аудиторией, которая организованно радовалась этому выдающемуся событию. Наверное, им пообещали пятерку по социологии, потому что всем остальным петербуржцам было не только плевать на эстафету олимпийского огня, они про нее даже ничего не слыхали.