April 14th, 2010

1

Литература

Я уже говорил четыре месяца назад, что снова начал читать художественную литературу (точнее, робко упомянул). Хочу поделиться своими сверхъестественными открытиями, которые, естественно, никакими открытиями ни для кого не являются. Ибо все читали этих авторов, все прекрасно их знают.

Начиная с января, я...

Нет, сперва о публицистике. С удовольствием прочел двухтомную энциклопедию старомодного кино от Жака Лурселля, а также сборник рецензий и статей Сергея Добротворского "Кинонаощупь". Кроме того, доставила жирная пачка мемуар современников Григория Ефимыча Распутина, а также две его личнонаписанные книги... Я ничем не буду подытоживать это высказывание, ибо и так сойдет.

Хотелось бы перейти, все-таки, именно к художественной литературе.

Номер 1.
Луи Фердинан Селин "Путешествие на край ночи". Оценка: ***** (по пятибалльной шкале)
Не могу отделаться от "оценочности". Мне кажется, звезды и цифры моментально привлекают внимание. Уверен, в моем роду были астрономы или хотя бы астрологи, накрайняк, цыганские гадалки. Как бы то ни было, это один из тех романов, которые за последние пять лет я дочитал до конца, дрочитал уверенно, с удовольствием, ловя кайф практически на каждой второй странице. Главная фишка романа: невероятная, небывалая мизантропия. При этом, помимо собственного читательского мазохизма, я отмечу прекрасный стиль автора (ну и, вероятно, стоит похвалить перевод). Это эпос... масштабное путешествие человека по величественной реке говна, пересекающей океаны и континенты. Что может быть в этом путешествии прекрасного-вдохновляющего? Ну ебты, поищите сами!

Номер 2.
Валентин Пикуль "Нечистая сила" ***
Увлекательная биография Григория Распутина. То, что описывает Пикуль, не всегда вяжется с воспоминаниями современников, но всегда прекрасно увязывается с "задокументированными фактами". Кстати, самое прикольное в романах Пикуля - "прямая речь" (болтовня персонажей). Это - песня. Автор, конечно, мизантроп, что сближает его с Селином. Но у Селина персонажи выражались довольно невинно. Описания персонажей, реакция лирического героя на их реплики гораздо более замечательна, чем прямая речь персонажей, якобы будоражащая и приводящая в бешенство его душу. Это занятный нюанс... хотя, наверно, довольно странно пропускать человеконенавистничество Селина через призму советско-исторической беллетристики мизантропа Пикуля.

Номер 3.
Генри Миллер "Черная весна" ***
Первые тридцать страниц способны отвратить читателя навсегда - унылый, как подлинная (а не селиновская) река говна, пафосный, гнусный и утомительный поток сознания (виной тому, возможно, впрочем, перевод). Но потом все становится гораздо веселее! Например, великолепна и по всем геометрическим параметрам замечательна глава, в которой Миллер описывает, как рисует акварелью картину, взяв центральным объектом ионическую лошадь... Вообще-то я люблю отделываться общими словами "великолепна", "замечательна", ничего не говоря по делу.

Более ни одного романа я не прочел. Но зато прочел массу прекрасных рассказов Набокова, писателя, которого большинство моих друзей терпеть не могут за якобы выдроченность, мудовымученность и пиздоискусственность текстов.

Особо выделяю два рассказа и всем их рекомендую: "Случай из жизни" и "Облако, озеро, башня".

Во втором рассказе немало занятного найдется даже для луркоебов. Цитата: "Жгучее солнце пробиралось к углу окошка и вдруг (ВНЕЗАПНО!) обливало желтую лавку".

Да и помимо того, под углом, так сказать. "Синяя сырость луга. Воспоминание любви, переодетое лугом". Или: "Трижды Василий Иванович ложился в мерзкую тьму, и трижды никого не оказывалось на скамейке, когда он из-под нее выползал. Его признали проигравшим и заставили съесть окурок". Между прочим, рассказ посвящен, так сказать, корпоративам.

Рассказы Набокова гораздо интереснее, чем его романы.
Романы в принципе неинтересны, поскольку большинство из них напоминают телесериалы и обречены на бесконечность. (Эту фразу одобрил бы Жак Лурселль).
Но клубки словесной пряжи в рассказах Набокова уж точно привлекательней, трогательней и, что понятно, концентрированней, чем всякая там привязанная друг к другу сюжетная чепуха его романов, облаченная в конфеты фантиков. Я, например, до сих пор не верю, что кто-то смог прочесть "Лолиту" до конца (кроме Стенли Кубрика и Адриана Лайна, разумеется). Но зато (парадокс!) очень люблю "Защиту Лужина". Когда Набоков писал этот роман, он был юн, говорят. То же подтверждает и словарь. И воспоминания Куприна, если я его не путаю с Вересаевым. Хотя не факт, что они этого не утверждали одновременно.

Словом, можно читать, и нужно (извините за пошлость).