January 29th, 2006

1

(no subject)

Пили сегодня в кабаке. Крепко пили, досыта. Из Минска приехал Кашликов, лил себя пивом. Сидел за столом Поночевный, и Инна сидела, Хитра. Хитро хитрила Хитра: всасывала зрачком белую дрожь кокса сквозь объектив кэнона, распаренного в плошке с кишем а-ля рус. Пришел Леха Нгуу, быстро напился и вышел посеред зала, оскалил белые замороженные зубы в публику, закричал: "Вот так этими зубами я, в 44 году, сцеплял две линии фронта!"
Ноль, блять, реакции.

Кабак тот, дорогие товарищи, давно уже превратился в очень странное место. Неприемлимое для посиделок приличной публики. Сонмы лесбиянок плесенью увешивают столы. Низкорослые, страшные как бородавочный мухомор-паук девки усеивают то пространство. Одна девка держит руку на пизде у другой девки, потом приходит лысая девка в очках, а с ней две другие девки, незаметные на фоне остальных девок, то еть такие же чудовищные квазиантропоморфные уебища, вот эти две начинают целоваться под рекорд и дьявольский отсчет-присвист лысой девки, а потом появляется охранник в домашнем джемпере и тихонько говорит: "Извините, пожалуйста, через десять минут мы закрываемся. Прошу вас, господа".

Но мы остались. И стали свидетелями жутк